За ростом сексуального насилия стоит безнаказанность

«Одна из основных причин роста сексуального насилия в отношении женщин и детей, особенно в Курдистане, - безнаказанность», считает сопредседатель правозащитной организации АПЧ Эрен Каскин.

Адвокат и сопредседатель Ассоциации прав человека (АПЧ) Эрен Каскин готовится принять участие в судебном процессе по делу об изнасиловании пятнадцатилетней девушки 27 мужчинами, в числе которых солдаты, полицейские и деревенская стража. Преступление произошло в селе Герчюш провинции Батман.

 В интервью ANF Эрен Каскин раскрывает подоплеку роста сексуального насилия в Турции и в особенности в северном Курдистане.

Цифры не соответствуют действительности

Эрен Каскин является основательницей службы юридической помощи жертвам сексуального насилия в заключении и ассоциации юридической помощи по борьбе с сексуальным насилием. В этом учреждении она оказывает поддержку женщинам, детям и транссексуалам, пострадавшим от сексуальных пыток, предоставляя бесплатное юридическое представительство в судах с 1997 года. За прошедшие 23 года Каскин оказала помощь 758 женщинам и трансженщинам. По ее словам, реальное количество случаев сексуального насилия намного превышает данные официальной статистики, поскольку большинство таких преступлений остаются нераскрытыми.

 Она заявляет: «Женщины и девушки молчат о сексуальном насилии и нападениях, которым подвергаются. Они боятся, стесняются, им стыдно, и они верят, что рядом нет никого, кто проявил бы с ними солидарность. Поскольку обществу навязывается патриархальный, милитаристский и феодальный менталитет, многие женщины до конца жизни не смеют рассказывать о своем опыте сексуального насилия».

 

 Безнаказанность – государственная политика

Каскин наблюдает за рассмотрением дела о сексуальном насилии со стороны военных и других силовых структур с 1997 года. Она говорит, что до сих пор ни один из сотрудников сил безопасности, за исключением случая с двумя сельскими стражами, не был наказан даже при наличии всех доказательств их виновности.  Даже когда она одерживала победу в этих делах в Европейском суде по правам человека, государство продолжало и продолжает вести политику безнаказанности.

Государство узаконивает насилие на словах и на деле

Адвокат рассказала о деле Ипек Эр: «Ипек Эр подверглась сексуальному насилию со стороны сержанта армии. Она не смогла это пережить и покончила с собой, оставив предсмертную записку.  Но чем все кончилось? Сержанта немедленно отпустили. Мы не зря говорим, что убийства носят политический характер. Алаатин Чакыджы (босс фашистской мафии и друг председателя ПНД Девлета Бахчели, освобожденный из тюрьмы в рамках реформы пенитенциарной системы, проведенной режимом ПСР-ПНД в 2019 году), который убил женщину на глазах ее ребенка, теперь может свободно и открыто угрожать кому угодно. Эти угрозы представляют собой форму власти. 

Почему мы говорим, что это дело политическое? Потому что, если вы не наказываете таких людей, если вытаскиваете их из тюрьмы и оправдываете все их поступки, если вы позволяете им угрожать лидерам политических партий, – насилие в отношении женщин усилится. Это означает всего лишь, что такие преступления остаются безнаказанными. Или когда министр внутренних дел приказывает своим подчиненным: «Когда их [торговцев наркотиками] поймаете, сломайте им ноги!» Тогда насилие физически и вербально узаконивается государством. Вот почему государственные чиновники так открыто и свободно совершают эти преступления. Они знают, что их не ждет наказание. Последнее преступление в Герчуше также следует оценивать с этой же позиции».

Женщины – первая цель в условиях войны

Каскин связывает тот факт, что большинство сексуальных домогательств со стороны деревенской стражи, военных и полицейских происходят в Курдистане, с текущей военной ситуацией. Опираясь на историю мировых войн, опыт Руанды и Боснии, она говорит: «Во время военных действий стороны используют подобные методы, чтобы уничтожить другую сторону и разрушить ее идентичность. Нарушения закона в Курдистане также имеют те же черты. Нарушая права женщин в Курдистане, можно ничего не опасаться. В любом случае в своих жертвах они видят врага. Это позволяет им думать, будто они могут делать, что хотят, и не сталкиваться с последствиями своих действий».

То, что раньше отрицалось, теперь происходит публично

Каскин предупреждает, что пытки и насилие в отношении женщин теперь более узаконены, чем когда-либо прежде. В частности, тот факт, что министр внутренних дел открыто оправдывает насилие, является новым даже для Турции. В прошлом такие насильственные преступления скрывались, но теперь они совершаются публично.

Все дело в отсутствии правового государства

По словам Каскин, Турция не выполнила ни одну из конвенций о защите женщин и детей от насилия и даже ставит под сомнение самую важную из них – Стамбульскую конвенцию. «Они говорят о реформах, а ведь никаких реформ не требуется, нужно просто выполнять существующие конвенции. Но этого не происходит, потому что Турция не является правовым государством. Законодательные акты и их исполнение здесь существенно различаются. А все дело в отсутствии верховенства закона – вот в чем настоящая проблема».

С помощью приказов о неразглашении хотят вывести юристов из игры

Каскин сообщила, что готовится к Герчюшскому делу, и добавила, что государство пытается вывести из игры адвокатов истцов с помощью приказов о неразглашении и запрета на освещение в прессе, поскольку именно юристы раскрывают правду. Каскин заявляет: «Дела не показываются ни адвокатам, ни общественности. Так было в случае Надиры Кадыровой (узбечка Надира Кадырова якобы покончила жизнь самоубийством в квартире депутата ПСР Ширина Юнала), так было и с делом Ипек Эр. Теперь они хотят провернуть то же самое с Герчюшским делом».