Карасу: политика «единой нации» толкает режим на преступления

Член Исполнительного совета Ассоциации обществ Курдистана Мустафа Карасу: «Цель «единой нации», которая является основной национальной стратегией турецкого государства, поддерживает власть».

«Если курдская проблема не будет решена, война против курдского народа будет продолжаться, она будет идти в беспринципной и грязной манере», – заявил член Исполнительного совета АОК Мустафа Карасу. Он подчеркнул, что отношения будут установлены с самыми грязными силами внутри и снаружи Курдистана: «Эту борьбу народа, которая ставит справедливые цели и имеет сильную социальную поддержку, не могут подавить силы государства». 

Карасу отметил, что те, кто не выступает против политики фашизма в Турции, объявили войну курдскому народу и всем демократическим силам, сформировав альянс с режимом: «Это альянс всех реакционных и контрреволюционных сил в Турции.  Турецкое государство уже сформировалось с целью осуществления курдского геноцида – от политической до социальной сферы, образования и культуры.  В этом отношении понятно, что все грязные и незаконные организации объединяются в войне против курдов и сил демократии».

 Седат Пекер, лидер мафии и одна из персон нон-грата в Турции из-за конфликта за власть и использования Турцией боевиков, некоторое время делал очень важные признания. Раскрывая преступления турецкого правительства – от торговли наркотиками до контрабанды оружия, от коррупции до вымогательства собственности, – он также обращает внимание на конфликт между властями.

Признания Пекера и его размышления о турецком правительстве обсуждаются. Однако нельзя игнорировать источник этой грязной политики турецкого государства, его наследие и причины его преемственности. Курды, которые были объектом геноцида с момента создания турецкого национального государства, продолжали своё противостояние этой политике с непрерывным сопротивлением в течение последних 40 лет.

Мы спросили члена Исполнительного совета АОК Мустафу Карасу, одного из основателей Рабочей партии Курдистана, о текущей ситуации и ее историческом значении. Приводим первую часть интервью.

– В новом турецком государстве продолжается конфликт власти. Вы можете напомнить нам о конфликте вплоть до вступления в НАТО?

– Османская империя была многонациональной до второй половины XIX века. Ее основной политикой было обеспечение военного и политического господства в пределах империи. У нее не было цели, политики или стратегии ассимиляции и уничтожения других народов и верований. В XIX веке, когда европейские страны вступили в период упадка и утраты территорий, сначала наблюдались панаосманизм, затем политика панисламизма и попытки спасти империю. В частности, балканские войны, которые имели место перед Первой мировой войной. Когда территориальные потери в Северной Африке увеличились, понимание национального государства, основанного на турецкой этнической принадлежности, развилось в рамках военной и политической бюрократии. «Единение и прогресс» был организацией с этой тенденцией. Хотя существовало понимание спасения империи, преобладал турецкий национализм.

 Младотурки пытались спасти империю, провозгласив в 1908 году конституционную монархию Абдулхамида II и привив им западные ценности, но предотвратить потерю территории было невозможно.  Вступая в Первую мировую войну в союзе с Германией и Австро-Венгрией, они хотели защитить существующие османские земли и присоединить к империи земли в пределах политических границ России. Австро-Венгрия и Германия, которые были врагами России, думали, что Османская империя сыграет определенную роль в провоцировании тюркоязычных общин против России. По этой причине Талат, Энвер и Джемаль-паша позволили Турции присоединиться к войне на стороне этих стран.

Они сделали важный шаг в менталитете и структуре национального государства, совершив геноцид против армян во время войны, но эти мечты Талата, Энвера и Джемаля-паши привели к величайшему поражению. На самом деле, если бы между Англией и Францией не было проблем, нынешние границы Турции были бы еще меньше. С другой стороны, победа революции в России во время Первой мировой войны и желание Великобритании использовать Турцию против Советов привели к появлению новой Турции, границы которой были определены Лозаннским договором 1924 года.

Лозаннский договор, в котором были определены границы новой Турции, также был договором, одобряющим курдский геноцид.  Британия дала это разрешение Турции в обмен на то, чтобы провинции Мосул и Киркук остались в Ираке. Турция уступила эти территории Англии в обмен на геноцид курдов. После 1924 года вся политическая, социальная, культурная и экономическая политика Турции была сформирована в соответствии с курдским геноцидом, и Курдистан был повторно оккупирован и включен в центральную государственную систему, ведущую к геноциду. Для этого применялись всевозможные репрессии и жестокость.

Новая Турция не могла быть нормальным государством, потому что было невозможно осуществить курдский геноцид с помощью конституции, законов, институтов. В государстве, которое недавно было обвинено в геноциде армян, геноцид курдов должен был быть осуществлен с применением методов скрытой и особой войны. С другой стороны, условием пребывания у власти в новой Турции было принятие политики, направленной против курдского народа. Хотя существовали расхождения во мнениях по другим вопросам, не было признано, что те, кто иначе думал по этому поводу, не брали на себя ответственность ни на каком уровне государства.

В новой Турции были исключены и преследовались политические сегменты левых сил. Хотя исключение исламских сегментов было под вопросом, с ними не так жестоко обращались, как с курдами и социалистами. Религия была включена в государственную систему.

Те, кто выдвигал в Курдистане национальные демократические требования, подверглись жестокому нападению. В дополнение к казням также применялись многомерные практики геноцида, как в Дерсиме. Те, кто не придерживался политики геноцида против курдов, были исключены из политики и государственного управления. Также преследовались социалистические силы, выступавшие против государственной политики в курдском вопросе. Опять же жертвами стали исламские сегменты, не поддерживающие политику геноцида.

Все диссиденты в Османской империи были репрессированы. Хотя братьев и сыновей убивают ради власти в династии, понятно, что можно сделать с другими диссидентами. История Турецкой Республики – это история заговоров и тайных убийств. При этом необходимо знать, что 95 процентов нераскрытых убийств были совершены государством. Убийство Мустафы Суфи и его друзей Яхья Каптаном, убийство оппонентов Топалом Османом, а затем факт его убийства показывает характер политической истории Турции. В любом случае нет необходимости объяснять политику по отношению к курдам. С одной стороны, преследование, резня, искоренение всяческих жизненных возможностей. С другой – политика сотрудничества и контроля над курдами проводилась постоянно. Все государственные учреждения были организованы как частные военные органы и разведывательные подразделения против курдов.

С вступлением в НАТО и полной интеграцией в западный альянс происходит пересмотр разведки, военной полиции и полиции. С этого периода начинается Отдел специальных боевых действий, Мобилизационно-следственный совет, то есть контрпартизанская война. 

– Социалистическое движение, курды, алевиты и другие немусульманские народы идентифицируются как мишени. Это соответствует диапазону 1950–1984 годов. Можете ли вы описать практику государства за этот период времени?

– До того как Турция стала членом НАТО, она была связана с Европой. И ее отношение к социалистам частично объясняется этим. Ее вступление в НАТО произошло не только из-за противодействия Советам и социалистам. Идея о том, что так будет легче устроить геноцид курдов, является основным фактором вступления Турции в НАТО.  Все оценки и политика, которой следует придерживаться, будут неправильными, если не учитывать, что это главный фактор вступления в НАТО и в отношениях Турции с Европой. Лозаннский договор также был признан из-за возможности геноцида курдов. Турецкое государство не входит ни в один институт, который не одобряет курдский геноцид, не устанавливает отношений с каким-либо государством или политической властью. 100 лет внутренних и внешнеполитических авантюр наглядно демонстрируют это.

После вступления в НАТО многие институты были реорганизованы. Политика геноцида не претерпела никаких изменений – напротив, она получила новые возможности и инструменты. После вступления в НАТО было создано Мобилизационно-тактическое управление, новое контрпартизанское формирование, Департамент специальных боевых действий. В его создании принимали участие те, кто враждебно относился к курдам и твердо придерживался мнения о проведении курдского геноцида. Тот факт, что лидер туранистов Альпарслан Тюркеш одним из первых прошел обучение по этой теме в США и что эти силы, известные как Гладио, находились в тесных отношениях с представителем ЦРУ Рузи Назаром, киргизом по происхождению, демонстрирует это наглядно. Роль этого человека, который является близким другом Тюркеша, очень важна в формировании Партии националистического движения как контрпартизанской организации. Вместе с Тюркешем он возглавлял контрпартизанские отряды и Партию националистического движения. Фуат Догу, который много лет был заместителем секретаря Национальной разведвательной организации Турции, также имел близкие отношения с этим человеком. Говорят даже, что при его поддержке он долгие годы возглавлял НРОТ.

По мере улучшения отношений с НАТО и Западом они стали более уверенными как в политике геноцида курдов, так и в борьбе против социалистических сил. В этом отношении геноцид еще больше разнообразил свои способы и методы. Членство в НАТО и отношения с Западом, совпавшие одновременно с «холодной войной», позволили турецкому государству усилить геноцид курдов и ускорить репрессии против социалистов. С другой стороны, переход к многопартийности с целью обмануть мир был прикрытием курдского геноцида и сильного давления на социалистов. Настолько, что, хотя до вступления в НАТО в Турции проживало значительное количество греков и евреев, они были перемещены из Анатолии либо за границу, либо в Стамбул с различными случаями давления, примененными к ним в связи с членством в НАТО. Затем они разъехались по миру из Стамбула.

Атаки 6-7 сентября 1955 года, сыгравшие важную роль в изгнании немусульман из Турции, прошли с меньшими проблемами при членстве в НАТО. Учитывая, что членство в НАТО дало такой результат для немусульман, понятно, какого рода политика будет проводиться в отношении таких обществ, как курды и алевиты, которых власти хотят тюркизировать и обратить в суннитский ислам. В то время как были диверсифицированы методы курдской политики геноцида и ускорена ассимиляция, она также сделала некоторые курдские племена легитимными в своей политике, сотрудничая с ними. (Этим занималась Демократическая партия –партия в Турции, сформированная Анданом Мендересом. – Прим.).

Ассоциации против коммунизма, созданные вместе с НАТО, были организованы на основе враждебности к левым силам. Другой характерной чертой этих объединений было развитие враждебности к курдам с применением турецко-исламского менталитета принуждения. Собственно говоря, значительная часть тех, кто стал руководителями в этих ассоциациях, входила в состав ПНД. В Курдистане, с другой стороны, ислам использовался как особый военный инструмент, чтобы отвлечь курдов от их собственной идентичности и культуры.

Те, кто осуществил переворот 1960 года и привел Мендереса к казни, в беседе с Мендересом задавали вопросы об основных проблемах Турции. Мендерес сказал, что существует курдская проблема в том смысле, что она представляет опасность для Турции. Хотя они думали иначе, они были того же мнения по курдскому вопросу, даже когда он умер. Ни в период с 1950 по 1960 год, ни после 1960 года цель совершения геноцида курдов не изменилась. Яркий пример политики по отношению к курдам и алевитам: курды и алевиты не принимаются в офицерские школы.  Лишь очень немногие были приняты в унтер-офицерские школы.  Другими словами, курдов не приводили в институты, которые сыграли бы роль в проведении курдского геноцида. Курдов и алевитов всегда считали опасными – они находились под пристальным наблюдением государственной разведки и частных военных учреждений.

– С середины 1970-х годов политический дискурс, организационная структура и цели курдского сопротивления различаются. РПК становится одной из важных действующих организаций этого периода. Можете ли вы оценить реакцию государства на это с точки зрения поддержки альянса НАТО?

– Турецкая особая война проводилась в рамках особой политики, направленной на то, чтобы не допустить позитивного подхода левых к курдскому вопросу. Власть приложила особые усилия, чтобы помешать курдам найти товарищей и заключить союзы в Турции.  Если социалисты, демократы держались подальше от курдов (будь то социалисты, исламисты, социал-демократы или любое другое политическое течение), власти были немного более терпимыми. Активно подавлялось позитивное отношение к курдам.  Фактически Рабочая партия Турции была закрыта, потому что она включила курдов в свою политическую программу. Молодежное движение и левые силы, возникшие после 1968 года, стали объектом преследований, поскольку они противоречили официальному государственному тезису по курдскому вопросу.

До 1980-х и 1990-х годов в отделениях полиции висели плакаты с надписью «Мы можем простить любое преступление, но не сепаратизм». Когда Хикмета Кывылджымлы, одного из социалистов Турции, спросили, почему они не включили курдский вопрос в программы своей партии, он сказал: «Это не по уставу…», что следует рассматривать как наиболее четкое выражение политики уничтожения тех, кто связан с курдами.

 С другой стороны, политика приручения и «суннизации» с течением времени проводилась в отношении алевитов. Алевиты также стали объектом преследований, потому что они заняли позицию, близкую к борьбе за демократию и левым силам, которые находятся в авангарде этой борьбы, с пониманием того, что их свобода веры может быть достигнута только в условиях демократии. Демократизация рассматривалась как политическая и социальная структура, которая предотвратит ассимиляцию алевитов, геноцид веры и геноцид курдов. Эту реальность необходимо понимать, когда спрашиваешь, почему истеблишмент в Турции против демократии.

Казнь и убийства лидеров молодежного движения 1968 года и революционно-демократическая борьба 1970-х годов не могли помешать развитию революционного движения в Турции. Напротив, революционные движения, борьба рабочих, крестьян и всех социальных слоев продемонстрировали развитие. Поскольку 1970-е годы все еще были годами «холодной войны», контрпартизанские силы, находившиеся в контакте с НАТО «Гладио», осуществляли террор против сил, стремящихся к демократизации, особенно против социалистов, курдов и алевитов.

 В этот период Курдское движение за свободу, возглавляемое РПК, добилось значительного прогресса. Перед лицом этих событий турецкое государство осуществило фашистский переворот при поддержке стран НАТО, которые не рассматривали демократизацию Турции в своих интересах. Для турецкого государства основная причина этого переворота заключается в том, что курдский народ выступает за свободу и демократию. Турецкое государство враждебно силам демократии, поскольку демократическая революция принесет свободу курдскому народу. Турецкое государство получило поддержку НАТО в основном за счет развития левых сил и использовало ее для ликвидации борьбы курдского народа за свободу. Вновь стало ясно, что Турция использует свои отношения с НАТО и Западом для подавления оппозиции и борьбы курдов, и именно поэтому она является членом этих институтов.

– Когда с 1984 года курды начали возражать против партизанской войны, государство объединило свое историческое наследие с концепцией НАТО, создав деревенскую охрану, которая представляет собой комбинацию солдат, полиции и мафии. В какой мере государство использовало этот аппарат?

– Во время военного переворота 12 сентября 1980 года турецкое государство всеми способами пыталось осуществить особую войну, которую оно вело против курдов, и хотело полностью ликвидировать курдский ренессанс в лице РПК. На этом основании генералы и офицеры, специализирующиеся на особых боевых действиях, были отправлены в Диярбакыр. С другой стороны, кадры РПК своим сопротивлением, рискуя жизнями, идеологически победили фашистское правительство 12 сентября. Основываясь на этом поражении, РПК сделала более эффективными и действенными подготовку к организации и развязыванию партизанской войны и 15 августа осуществила партизанский прорыв. 

Турецкое государство заручилось поддержкой НАТО в борьбе с этой партизанской войной. Оно возобновило организованную контрпартизанскую борьбу в Курдистане и сделало всё для борьбы с партизанской войной. Вскоре власти объявили в Курдистане чрезвычайное положение. Была дана отмашка использовать все средства и методы, чтобы положить конец партизанам и борьбе курдского народа. Для подавления партизан была создана специальная армия и активизирована деревенская охрана. В партизанских районах жители были вынуждены мигрировать. Однако эти особые методы ведения войны не дали желаемых результатов.

 В 1990-е годы, когда курдский народ повсюду восставал, они решили использовать всевозможные методы запугивания, направленные на подавление не только партизан, но и вообще всех.  Пока использовался этот метод грязной войны, давалась гарантия, что те, кто его использовал, не будут осуждены, а наоборот, будут вознаграждены. Были задействованы не только официальные государственные силы, но и те, кто использовал всевозможные методы запугивания курдского народа. Пока политический ислам прокладывал путь, те, кто совершал убийства во имя ислама, также были привлечены к ответственности. В то время как сочувствующих РПК и критикующих методы государства рассматривали как врагов, преследовали и уничтожали, все, кто играл роль в этой грязной войне, были вознаграждены. Теперь, выступая против РПК, сражаясь, проявляя агрессию по отношению к лидеру Абдулла Оджалану, поборники власти занимали высокие посты, становились богаче, имели много возможностей. Не только курды, но и те, кто боролся за демократию, чтобы курды могли извлечь выгоду из демократии, подвергались жестоким нападениям. Разговор о демократии рассматривался как союз с курдами.

Тот, кто имел смелость говорить о правах курдов и публично выступать в кафе, на улице или в деревне, был убит. В то время нераскрытые убийства использовались в основном как средство устрашения людей. Целью было запугать население: поскольку невозможно было подавить борьбу курдского народа за свободу с помощью законов, на первый план вышли совершенно незаконные средства и методы. Таким образом, все незаконные формирования, мафия и банды стали легитимным средством борьбы с курдами для этого государства. Они стали властью, служащей государству.

Использование государством незаконных методов выявило ситуацию открытой легализации банд и мафии и их включения в эту войну. Не только государство было против оппозиции, РПК и лидера Абдулла Оджалана; все порочные преступные круги стали частью государства. Таким образом, государство в целом было заражено войной против курдов и сил демократии. Повсюду появились враги курдов. Лидер Абдулла Оджалан всесторонне оценил, как государство стало прогнившим в войне против РПК в 1990-х годах. Он подчеркнул, что государство должно выйти из этой ситуации, и сказал, что если государство хочет выйти из этой ситуации и очиститься, то РПК также внесет свой вклад в этот процесс. Однако те, кто сделал войну против РПК средством эффективности государства, и те, кто получал свою плату в политическом и экономическом плане, не ответили на эти призывы.

– Этот процесс, продолжавшийся до последней четверти 1990-х, изменился из-за конфликта между сторонниками власти. Что не могли сделать демократическая оппозиция и курды?

– Ситуация в Сусурлукском районе выявила основные составляющие грязной войны в Турции. Это потрясло политику Турции. В обществе и демократических силах наблюдается повышенная чувствительность к этому вопросу. Стало ясно, что существует угроза не только против курдов, но и против сил демократии. В частности, присутствие в машине власти Абдуллы Чатлы из ПНД, который, как известно, был причастен ко многим убийствам, показало, что такие люди использовались для совершения убийств. 

Этот вопрос стоял на повестке дня турецкой общественности. Настолько, что министр внутренних дел Мехмет Агар довольно быстро ушел в отставку. Но эти события замалчивались. Хотя общественность сосредоточилась на ситуации в Сусурлуке, желаемых результатов достичь не удалось.

Даже в отчете, подготовленном государством, были выявлены важные факты, но основная причина не была подчеркнута. Оценки лидера Абдулла Оджалана о неразрешимости курдской проблемы и о том, что война против курдского народа, борьба за свободу создала эти грязные отношения, не были взяты за основу. По его словам, если курдская проблема не будет решена, то сегодня возникнут одни банды, а завтра другие. Тупиковая ситуация с курдской проблемой дает такие ужасные результаты. 

После 28 февраля турецкие власти захотели попробовать поиграть в так называемые «права» и «терроризм», пленив сначала лидера, а затем изменив политику против РПК в рамках экономической и политической интеграции с ЕС.

– ПСР пришла к власти в результате этой стратегии государства, разрушенного грязной войной?

– Есть две основные причины, по которым ПСР была приведена к власти. Первая: сделать курдов совместимыми с государственной системой, создав исламские дискурсы и ожидания демократизации после пленения лидера Абдулла Оджалана. Вторая: чтобы гарантировать, что ислам будет основой единения в Турции во время интервенции США в Ираке.

 Несомненно, условия, которые подготовили приход к власти ПСР, заключались в том, что народ Турции устал от угнетения и войны с 12 сентября 2000 года, а также от экономического кризиса.

ПСР пришла с идеей о том, что РПК больше не сможет восстановиться и будет ликвидирована. Фактически фашистское правительство 12 сентября стремилось включить ислам в систему, тем самым укрепив альянс против курдов. Были предприняты усилия по включению некоторых левых в систему, но в основном требовалась Турция, основанная на идее ислама, что также было желанием США. Это было целью правящих классов Турции.  Таким образом, курды и левые будут нейтрализованы внутри, а Турция будет иметь влияние на Ближнем Востоке благодаря исламскому характеру власти. 

Еще 12 сентября фетхуллахистов начали включать в состав правительства. Партизанское движение за свободу и развитие восстания сорвали проект 12 сентября, основанный на исламе. Поскольку на повестке дня стояли плен лидера Абдулла Оджалана и вмешательство в Ирак, на этот раз ПСР осуществила этот проект на практике. Фактически самым сильным партнером правительства ПСР были фетхуллахисты. В то время ПСР не смогла бы прийти к власти без их поддержки. Обе державы использовали друг друга и заключили этот союз, чтобы доминировать, прикрываясь политическим «исламским» характером государства.

Роль ПСР заключалась в том, чтобы вернуть курдов в геноцидную колониальную систему после ареста лидера, и это стало ясно из ответа на вопрос, заданный Тайипу Эрдогану по курдской проблеме. «Если не задумываться над этим вопросом, такой проблемы не будет», – ответил Эрдоган. Он был уверен, что РПК не может снова начать борьбу, как считали военный и бюрократический круги власти государства.

– В процессе, который продолжался до 2015 года, были как острые конфликты, так и процессы «переговоров». Однако после 2015 года началась тяжелая тотальная война. Что изменилось после возобновления войны против курдов после июля 2015 года?

– ПСР пришла к власти в то время, когда борьба курдского народа считалась неэффективной. РПК часто предупреждает, что эту проблему следует решать демократическими средствами. Лидер Абдулла Оджалан предупреждал об этих проблемах, но правительству ПСР этого не хотелось. По этой причине, когда партизаны 1 июня 2004 года активизировали свои действия, ПСР была удивлена, она не знала, что делать. В этих обстоятельствах политика насильственного подавления привела бы к потере власти. Чтобы остаться у власти, им пришлось прекратить борьбу. По этой причине они потребовали от Движения за свободу прекращения огня.

Движение за свободу подошло к этой просьбе положительно, чтобы показать тем, кто хотел прекращения огня, внутри и снаружи, что они не поддерживают войну. Лидер Абдулла Оджалан, со своей стороны, неоднократно заявлял, что не видит, что прекращение огня будет реализовано таким образом. Он говорил: «Я столкнулся со свершившимся фактом, на который нет ответа». Он был не против прекращения огня, а против уступок. Лидер Абдулла Оджалан думал об использовании прекращения огня и переговоров с правительством в основном в качестве подготовки для более эффективной организации демократических сил и борьбы с режимом. «Всегда эффективно используйте этот процесс, иначе вас всех арестуют», – предупредил он.

Мы также рассматривали этот процесс как способ вовлечения правительства ПСР в процесс решения. Предупреждения лидера не были приняты всерьез. На самом деле революционно-демократические силы провели эти годы в самоуспокоении и безрассудстве. Правительство ПСР поддерживало этот процесс в качестве отвлекающего маневра, делало вид, что хочет решить проблему, и продолжало свои игры, пытаясь обмануть курдов. В 2014 году был подготовлен «План краха» – с учетом того, что ликвидация курдской борьбы будет сложной задачей, если ее не предотвратить. Правительство ПСР объединилось с ПНД и начало тотальную войну на уничтожение.

– Как бы вы описали динамику, которая удерживает это государство и власть, которая создает кровавые конфликты и использует боевиков-джихадистов?

– Когда правительство ПСР в 2015 году увидело, что больше не может игнорировать курдский вопрос, оно решило сделать шаг к решению курдской проблемы либо обратится к политике угнетения. Летом 2014 года был подготовлен план, а осенью он был одобрен. Лидер Абдулла Оджалан попытался вовлечь государство в решение с помощью трехэтапного плана решения, соглашения Долмабахче и созданного им демократического альянса, но победили те, кто настаивал на военной политике. Соглашение Долмабахче было проигнорировано, была принята политика строгой изоляции лидера Абдулла Оджалана, выборы 7 июня также были проигнорированы. Борьба за свободу была удержана путем заключения союза со всеми фашистскими силами внутри и снаружи, включая ИГИЛ (запрещена в РФ). 

Пока курдская проблема не решена, война против курдского народа всегда будет грязной. Отношения будут установлены с самыми грязными силами внутри и снаружи, потому что невозможно подавить эту борьбу, которая ведет к справедливой цели и имеет сильную социальную поддержку.

Следует знать, что, если Турция станет демократической страной и будет решена курдская проблема, некоторые политические сегменты, организации и структуры в Турции станут бессмысленными и их существованию придет конец. По этой причине все силы, которые не могли бы существовать или действовать в демократизирующейся Турции, сформировали альянс и объявили войну курдскому народу и силам демократии. Это собрание всех реакционных и контрреволюционных сил Турции.

Турецкое государство уже сформировалось с целью осуществления курдского геноцида – от политической до социальной сферы, образования и культуры. В основном с этой целью были созданы военные, полицейские, судебные органы и тюрьмы. В этом отношении понятно, что все преступные и незаконные организации объединяются в войне против курдов и сил демократии. Тех, кто не придерживается этой политики и критикует ее, считают пешками иностранных держав и предателями. Следовательно, основная национальная стратегия турецкого государства, поддерживающего эту власть, – это создание единой нации. Пока эта цель не изменится, грязный союз, преступные отношения будут продолжаться.