Обращение со-мэра Амеда к международному сообществу

«Как избранный мэр и политик, находящийся в тюрьме, я призываю международное общественное мнение, правозащитные организации и демократические силы предпринять конкретные шаги против нарушений права голоса курдов, проживающих в Турции».

Со-мэр столичного муниципалитета Амеда (Диярбакыра) Сельчук Мизраклы был снят с должности и отправлен в тюрьму. Это очередное звено в цепи политических репрессий, которые турецкий режим практикует против народа курдов и избранных ими в Северном Курдистане представителей.

Сейчас Мизраклы содержится в тюрьме города Бюньян в провинции Кайсери, откуда он написал письмо, адресованное международному сообществу. Приводим текст этого послания:

«Я пишу вам это письмо, как мэр Амеда (Диярбакыра), избранный на местных выборах 31 марта 2019 с результатом в 62,9% голосов; снятый с должности 19 августа и замененный назначенцем, и, наконец, арестованный 22 октября 2019.

В 2016 турецкие назначенцы занимали множество мест в муниципалитетах, но мы смогли вернуть себе муниципалитет Диярбакыра на выборах 31 марта 2019, снова начав строить местную демократию. Тем не менее, всего через 4 месяца центральное правительство снова незаконно захватило местные администрации в Диярбакыре, Ване и Мардине, поставив своих доверенных лиц на должности, которые не удалось заполучить на выборах. Этот переворот 19 августа стал ударом по местной демократии и напрямую нарушил право курдов голосовать и быть избранными в стране, где правительство ПСР пытается формировать обстановку напряженности и страха. Давление на волю местного населения было не законно обоснованным решением, а открытым заявлением о том, что курды не вправе избирать себе представителей, которые будут управлять городами, где проживает их народ.

Репрессивная политика по отношению к курдской идентичности представляет собой правонарушение неимоверных масштабов. Правительство ПСР нарушает 127 статью Конституции, которая допускает снятие мэров с должности за нарушения, связанные с исполнением ими их обязанностей, а нас лишили должностей за преследования по делам, не связанным с нашей работой и основанными на незаконных поправках к закону о муниципалитетах №5293, принятыми путем декрета правительства во время действия режима чрезвычайного положения (OHAL). На деле документы о назначении доверенных лиц на эти должности были готовы уже на следующий день после выборов, 1 апреля 2019, когда мы даже ещё не успели получить наши документы по итогам выборов.

Турция убивает свое право. Презумпция невиновности стала исключением. К примеру, одна из причин моего ареста 22 октября – вымышленные показания, которые 20 марта 2019, за 11 дней до местных выборов, получили от лица по имени Х.Б.А, арестованной в мае 2016 в Нусайбине, Мардин. Хотя Х.Б.А. находилась под арестом три года, признание 20 марта 2019 было сделано, чтобы извлечь выгоду из отвратительного закона, заявив, что я прооперировал «члена незаконной организации» в свою ночную смену, провел ему полостную операцию и отпустил его утром тех же суток из больницы, где тогда работал хирургом. Кроме того, что подобного события никогда не происходило, свидетельница заявила, что слышала об этом от «друга». Но не было ни такой операции, ни такого свидетеля. Добавлю, что в те даты у меня не было ночных смен, а как врач с почти 40-летним стажем я добавил бы, что медицинская этика не позволяет провести сложную полостную операцию среди ночи и утром на ногах отправить пациента из больницы. Женщина с инициалами Х.Б.А. дала понять, что ее показания основаны на слухах. Она сама была освобождена из тюрьмы в сентябре 2019 благодаря своему «признанию», хотя ей грозило пожизненное заключение. Показания этого же лица, данные в 2017 году по делам еще двух человек, названных ею «членами незаконной организации», были отвергнуты другим судом как «сомнительные». И тем не менее, ложные показания этого человека принимаются в качестве доказательств, когда это касается таких политиков, как мы.

Другая причина моего ареста – участие в деятельности политической партии ДПН, в которой я состою. ДПН третья по размеру партия в Турции с 6 миллионами избирателей, и участие в партийной активности такой организации не может быть преступным. 24 июня 2018 я был избран членом парламента от ДПН. В 2019 году я оставил кресло парламентария после того, как был избран на выборах мэра Диярбакыра. Но расследование, начатое против меня ещё тогда, когда я исполнял обязанности депутата, стало причиной, чтобы лишить меня офиса мэра. Ни депутатская деятельность, дающая иммунитет, ни представительство партии, когда ты избран народом, не преступны ни в одной стране, считающей себя демократической, кроме Турции!

Материалы расследований против других задержанных и замененных назначенцами со-мэров также базируются на необоснованных обвинениях. Даже участие в пресс-конференциях, банальнейшая партийная деятельность, была представлена в качестве преступной и стала поводом для задержания. Сфальсифицированные новости, опубликованные в проправительственной прессе, тоже проходят как «улики» в материалах дела. Любая дезинформация считается легитимной, если она помогает упрочить положение назначенных на наши места людей в глазах публики. 19 августа 2019 министерство внутренних дел правительства ПСР назначило своих людей в 15 муниципалитетов ДПН: Амед (Диярбакыр), Ван, Мердин, Кулп, Каза, Нисебин, Джоламерг, Гявар, Караз, Паяс, Бисмил, Эрдиш, Джизира Ботан, Махмуди, Косар, при этом 12 со-мэров этих муниципалитетов были брошены в тюрьмы.

Я — один из политических узников (моих многочисленных товарищей), которые были взяты под стражу во время этого процесса, нарушающего саму презумпцию невиновности. Когда я был арестован, меня бросили в одиночную камеру на три дня. Затем меня отправили в тюрьму в Кайсери, далеко от моей семьи, вместе с женщинами – со-мэрами муниципалитетов Паяса (Каяпынара) и Караза (Коджакёя) –  арестованными на следующий день после меня. Эти тюрьмы – беззаконные пыточные, где нет никаких прав. Политзаключенные находятся под сильным давлением. Я знаю, что здесь нас лишат даже самых малых человеческих прав. Правосудие — всего лишь слово, которое звучит в стенах судов этой страны. Сама судебная система находится на службе единственной политической партии.

Как избранный мэр и политик, находящийся в тюрьме, я призываю международное общественное мнение, правозащитные организации и демократические силы предпринять конкретные шаги против нарушений права голоса курдов, проживающих в Турции, предлагаю высказаться, чтобы снять давление с оппозиционных политических партий и движений и чтобы бороться за правосудие».