«Наши деньги ничего не стоят»: в Турции растет разочарование в связи с кризисом лиры

Валюта Турции, лира, начала падать практически сразу после выступления Эрдогана, за день потеряв 8 процентов своей стоимости.

Валюта Турции, лира, начала падать практически сразу после выступления Эрдогана, за день потеряв 8 процентов своей стоимости. С середины ноября она практически не прекращает падать, достигая новых минимумов каждые несколько дней. Основные товары подорожали вдвое, а стоимость топлива подскочила на 40 процентов. Интервью Эрдогана на канале TRT стоило стране миллиарды лир всего за два часа. Бывший премьер-министр Ахмет Давутоглу призвал президента остановиться. «Ради Бога, не говорите больше ничего!» – написал он в Твиттере. Но Эрдоган продолжает говорить.

***

Настойчивость президента Реджепа Тайипа Эрдогана в проведении денежно-кредитной политики и сохранении низких процентных ставок подрывает доверие к нему, как указывают экономисты.

Очереди стоят у хлебных магазинов и бензоколонок; фермеры не выплачивают кредиты; проходят импровизированные уличные демонстрации. Признаки экономического кризиса в Турции очевидны и лира продолжает головокружительное падение.

Спорадические протесты вспыхнули по всей Турции, а оппозиционные партии призвали к серии митингов с требованием смены правительства после резкого обвала курса лиры на прошлой неделе. Последняя неделя беспорядков последовала за месяцами ухудшения экономических условий для турецких граждан. Валюта потеряла более 45 процентов своей стоимости в этом году и почти 20 процентов за последнюю неделю, продолжив тенденцию к падению во вторник.

Экономисты связывают валютный кризис с прямым вмешательством президента Реджепа Тайипа Эрдогана в денежно-кредитную политику и с его стремлением снизить процентные ставки.

Последний обвал валюты произошел после того, как на прошлой неделе Эрдоган выступил с речью, в которой заявил о своей решимости сохранить низкие ставки как способ стимулирования экономического роста. Он подтвердил свое несогласие с новым повышением ставок в комментариях журналистам на борту своего самолета, когда он возвращался домой после визита в Туркменистан в понедельник.

Президент Турции Тайип Эрдоган, выступая перед членами своей партии на прошлой неделе заявил, что «никогда не пойдет на компромисс» по вопросу процентных ставок.

«Я никогда не защищал повышение процентных ставок, не защищаю сейчас и не буду защищать, – сказал он журналистам. – Я никогда не пойду на компромисс по этому вопросу».

В стране, где разрешены только официально санкционированные демонстрации, а основные телеканалы и газеты следуют линии правительства, наблюдаются признаки общественного несогласия.

Десятки людей были задержаны за участие в уличных протестах. В прошлую среду полиция задержала 70 человек в нескольких районах Стамбула, которые протестовали против управления экономикой правительством после рекордного падения курса лиры накануне.

Конфедерация профсоюзов выступила в среду с резким заявлением. «Достаточно. Мы хотим свести концы с концами, – говорится в заявлении. – Безработица, высокая стоимость жизни, рост цен и счета ломают нам спины».

Торговый район Стамбула на прошлой неделе. Некоторые торговцы в городе говорят, что бизнес резко сократился.

Некла Джазак, 80-летняя банковская служащая на пенсии, направлявшаяся домой с пакетом продуктов, сказала, что выживает за счет кредитных карт.

«Наша покупательная способность упала – наши деньги больше не имеют никакой ценности».

Бизнес застопорился по всей стране, поскольку инфляция отпугивает отечественных покупателей и заставляет производителей запасаться товарами.

«Я ничего не продал с самого утра, – сказал Асуман Аккус, 29-летний владелец магазина одежды в Стамбуле. – На этой неделе здесь пустынно, и это на 100 процентов из-за доллара».

Оппозиционные партии вновь призвали правительство уйти в отставку, а Эрдогана или парламент – назначить досрочные выборы. Однако они находятся в затруднительном положении, не имея достаточно мест в парламенте для проведения досрочных выборов и опасаясь спровоцировать беспорядки, которые могут побудить Эрдогана ввести чрезвычайное положение, что приостановит обычные демократические процедуры.

Эрдоган, который сдает позиции в опросах, не будет назначать выборы до их запланированного ранее проведения в июне 2023 года. Об этом заявил на прошлой неделе его политический союзник, лидер Партии националистического движения Девлет Бахчели. Тем временем Эрдоган усилил давление на своих оппонентов, задержав Метина Гурджана, военного и политического аналитика и одного из ведущих членов зарождающейся оппозиционной партии DEVA, по обвинению в шпионаже.

Эрдоган пообещал, что низкие процентные ставки помогут перезапустить экономику в течение трех-шести месяцев, но экономисты заявили, что на данном этапе они не уверены в его политике.

«Я думаю, что он больше не пользуется доверием нации, – сказал Атилла Есилада, инвестиционный аналитик из Global Source Partners. – Существует неотложная проблема углубления бедности, колеса экономики сегодня ведут в тупик».

Некоторые верные сторонники Эрдогана, когда их спрашивают, настаивают на том, что все в порядке, но даже проправительственный обозреватель Абдулкадир Сельви из турецкой газеты Hurriyet заявил, что не согласен с экономической политикой Эрдогана. Он вспомнил эпизод во время предыдущего экономического кризиса в 2001 году, когда владелец магазина бросил в премьер-министра кассовый аппарат, что вызвало бунт по всей стране.

«Мы не можем игнорировать то, что происходит сегодня», – предупредил Сельви. Он добавил: «Мы должны оставаться сильными, но мы не должны упускать тот факт, что широкие экономические потрясения имеют широкие политические последствия».

Возник дефицит, в том числе импортных лекарств и медицинского оборудования. Проблемы имеются даже в пекарнях, говорит Есилада. Буханка хлеба по-прежнему продается по 2,5 лиры, или около 20 центов, но пекарни жалуются, что их затраты приближаются к 4 лирам за буханку. «Скоро они закроют пекарни, и тогда у нас начнутся хлебные бунты», – утверждает он.

Турецкая общественность говорит только об экономике.

«Раньше мы могли пойти и выпить чаю с друзьями в кафе, но теперь стакан чая стоит 7 лир, и мы туда не ходим, – говорит Кансу Айдин, выпускник средней школы. – Наша общественная жизнь остановилась, и теперь мы живем так, как будто просто выживаем».

Огужан Елда, 21 год, студент из Стамбула, сказал, что его особенно беспокоят «счета за коммунальные услуги и товары первой необходимости, такие как масло, сахар, мука». По его словам, многие молодые люди уезжают из страны, чтобы найти работу уборщиками и официантами за границей. «Когда я закончу школу, меня ждет мрачное будущее», – говорит он.

60-летний Доган Гюль в понедельник сидел возле банка в Стамбуле и ждал, когда он откроется, чтобы сделать платеж по кредиту. «Мы не можем прожить, – сказал он. – С прошлого года арендная плата выросла с 1 500 лир до почти 2 500 лир. Я не знаю, куда это все идет».

Он говорит, что не может позволить себе транспортные расходы на посещение родственников.

«Что я могу сказать о будущем моих детей? – сетует он. – Каждый из них пытается обеспечить себя едой раз в день. Они даже не могут думать о следующем дне. Они не могут планировать свое будущее. Это касается не только меня, но и всей Турции».

Для Ямана Айхана, который продает одежду через Интернет, ответ прост. «Лидеры должны смениться, – сказал он. – Одно только решение о внеочередных выборах заставит лиру немного подорожать».

Президент Турции следует собственным советам, даже когда экономика падает.

Реджеп Тайип Эрдоган все более изолирован, поскольку он придерживается экономического рецепта, который мало кто одобряет, но который, по его мнению, принесет результаты до выборов.

Президент призвал граждан подготовиться к «исторической борьбе» в ходе того, что он назвал «экономической войной за независимость».

В конце прошлого месяца он дал интервью на национальном телевидении, очевидно, желая успокоить нервы населению по поводу ослабления турецкой валюты и галопирующей инфляции. Но реакция была отнюдь не спокойной.

Он настаивал на том, что «нет пути назад» и продвигает политику, направленную на то, чтобы бросить вызов законам экономической гравитации, например, это – отказ от повышения процентных ставок для борьбы с ростом цен и укрепления стоимости валюты.

«Процентные ставки делают богатых богаче, а бедных – беднее, – сказал он. – Мы не допустили, чтобы наша страна была раздавлена таким образом. Мы этого не допустим».

Валюта Турции, лира, начала падать практически сразу после его выступления, за день потеряв 8 процентов своей стоимости. С середины ноября она практически не прекращает падать, достигая новых минимумов каждые несколько дней. Турки наблюдали, как основные товары подорожали вдвое, а стоимость топлива подскочила на 40 процентов.

Интервью г-на Эрдогана на канале TRT стоило стране миллиарды лир всего за два часа, прокомментировал случившееся представитель оппозиционной Республиканской народной партии (РНП) Фаик Озтюрк. «Сегодняшнее шоу TRT с Эрдоганом стало самым дорогим в истории TRT», – написал он в Twitter. Бывший премьер-министр Ахмет Давутоглу призвал президента остановиться. «Ради Бога, не говорите больше ничего!» – написал он в Твиттере.

Но Эрдоган продолжает говорить. Этим он раскачивает рынки, подрывая доверие к лире и своему руководству Турцией, поскольку он удваивает свои политические рецепты, с которыми согласны немногие экономисты, если вообще кто-либо в мире. Он заставляют страдающих турок и других задаваться вопросом, почему он делает то, что делает.

Эрдоган находится у власти уже почти два десятилетия, и большая часть его политического успеха построена на почти непрерывном экономическом росте, который поднял миллионы турок в средний класс. Ему предстоят перевыборы через 18 месяцев, но он опускается в опросах общественного мнения, в основном из-за ухудшения состояния экономики. Его внимание сосредоточено на том, как вовремя обратить спад, чтобы повысить свои шансы на избрание.

«Он пытается по-своему удержать лодку на плаву, – говорит Акиф Беки, который был главным советником Эрдогана, когда тот был премьер-министром. – Он верит, что сможет переломить ситуацию и убедить людей снова (проголосовать за него), когда приблизятся выборы».

Но пока, по мнению рынков и аналитиков, его лекарства ухудшают состояние Турции, и Эрдоган становится все более изолированным в своей экономической политике, сузив круг своих советников.

Переход Эрдогана к сильной президентской системе в 2018 году заставил его больше полагаться на небольшой внутренний круг, а не на более широкий круг партийных чиновников и избранных политиков, как было при прежней парламентской системе. Это дало повод для критиков утверждать, что он окружен людьми «да» и все больше отрывается от электората – и экономических реалий.

В последние годы Эрдоган сменил ряд руководителей Центрального банка и министров финансов, будучи уверенным, что знает экономику лучше любого из них, и полагая, что, контролируя денежно-кредитную политику, он сможет принимать решения более эффективно.

«Он не прислушивается к мнению экономистов, что типично для силовиков», – сказал Озгюр Унлухисарчикли, директор отделения Германского фонда Маршалла США в Анкаре. Президент, добавил он, «все менее терпим к инакомыслию, особенно внутри своей партии».

Многих [руководителей] больших и малых компаний раздражает еще и то, что Эрдоган не говорит сгоряча и не бросает комментарии невзначай. Он и его изолированная команда в президентском кабинете, возглавляемая его внимательным директором по коммуникациям Фахреттином Алтуном, готовят речи, которые он произносит в прямом эфире на национальном телевидении с помощью телесуфлера.

В своей первой речи две недели назад он подробно рассказал о своем решении пойти против большинства западных экономических практик и последовать за Китаем в снижении процентных ставок и падении курса национальной валюты, чтобы сбалансировать дефицит текущего баланса Турции и сделать ее продукцию более привлекательной для экспорта. Он призвал граждан Турции готовиться к «исторической борьбе» в том, что он назвал «экономической войной за независимость».

Он поклялся, что стране не придется столкнуться с режимом высоких процентных ставок, инфляции и валютных ловушек, и пообещал улучшить производство и увеличить занятость.

Между тем, цены на некоторые основные товары выросли вдвое, что привело к сокращению бюджетов домохозяйств.

«Возможно, впервые в своей истории Турция получит возможность проводить экономическую политику в соответствии со своими потребностями и реалиями», – говорит Эрдоган.

Лира начала свободное падение через несколько часов после его выступления, потеряв за один день 15 процентов своей стоимости. Не успокоившись, Эрдоган произнес еще одну речь на следующий день и еще несколько речей после, каждый раз подтверждая свою решимость снизить процентные ставки в своем стремлении к росту экономики.

Он отреагировал на рост цен не корректировкой собственного подхода, а тем, что обрушился на поставщиков, предупреждая их не запасать товары впрок и оказывая давление на супермаркеты, чтобы те сдерживали цены. Но в четверг социальные сети взволнованно обсуждали сообщения о повышении цен на туалетную бумагу и молочные продукты.

«Я ошеломлен повышением цен, – сказал Мехмет Эралтай, который в среду продавал бублики с тележки на главной площади столицы.- Мне кажется, что наступает конец света».

Аналитики пытались объяснить, что побудило Эрдогана настаивать на денежно-кредитной политике, которая идет вразрез с общепринятой экономической практикой контроля инфляции путем повышения процентных ставок.

«Единственное, что сейчас происходит – это предстоящие выборы», – сказал Унлухисарчикли из Германского фонда Маршалла США. По его словам, Эрдоган опускается в опросах, в основном из-за экономики, и стремится вернуть позитивный импульс перед выборами, которые состоятся в 2023 году. «Он ищет выход».

Большинство экономистов говорят, что для китайской модели потребуется десятилетие, чтобы начать действовать, и она не может принести экономическое облегчение в течение шести-восьми месяцев, как обещает Эрдоган.

Президента также сдерживает его политический союзник Девлет Бахчели, правый лидер Партии националистического движения. Он часто тормозит предложения Эрдогана, которые могли бы улучшить международное положение Турции.

По словам Унлухисарчикли, даже ограниченные усилия по восстановлению демократических институтов и независимости судебной системы могли бы в какой-то мере снять озабоченность инвесторов. Это также может способствовать укреплению авторитета Эрдогана среди избирателей, которые чувствуют растущую тревогу и игнорирование.

Один из немногих консультантов по опросам, который продолжает консультировать как Эрдогана, так и его оппонентов, Мехмет Али Кулат, сказал, что на их последней встрече ему пришлось сообщить неприятные новости.

Его последний опрос показал, что около 60 процентов респондентов очень недовольны экономической ситуацией, а 41 процент заявили, что не могут удовлетворить свои базовые потребности.

По словам Кулата, широко распространено недоверие к правительственным учреждениям и в реакции респондентов на некоторые вопросы зазвучал гнев. «Это нечто выходящее за рамки политики».