Религиозные школы как инструмент ассимиляции и насилия

Тысячи студентов в Турции и Северном Курдистане по разным причинам вынуждены посещать школы-интернаты, находящиеся в ведении религиозных организаций. Там осуществляется исламистская идеологическая обработка и психологический террор.

Тысячи студентов в Турции и Северном Курдистане вынуждены оставаться в школах-интернатах и ​​общежитиях, принадлежащих религиозным организациям, по экономическим причинам или из-за давления со стороны своих семей. Поступает все больше сообщений о сексуальном насилии, но прежде всего о систематической идеологической обработке и психологическом терроре. После самоубийства студента-медика Энеса Кара, оставившего предсмертную записку и видео, в котором он объяснял, что больше не может выносить ежедневную идеологическую обработку в общежитии исламского фундаменталистского ордена «Нур», все больше и больше бывших студентов начинают рассказывать о своем опыте в интернатах и ​​общежитиях религиозной организации.

Студентка Колледжа Ордена Накшибенди АСФА, которая не хочет называть своего имени, рассказала ANF о ситуации в общежитиях. Она посещала интернат, чтобы уйти от семьи, иначе не было бы возможности «остаться в живых» и получить стипендию.

Она рассказала: «Те, кто учился в этой школе с начальной школы или детского сада, постоянно спрашивали меня: «Почему ты выбрала это место?» Для меня это было единственное место, которое моя семья могла бы принять. Я действительно не знала, в каком месте я окажусь в любом случае. Я была еще маленькой, но я узнал об этом месте».

«Учиться было невозможно»

Колледж предлагает стипендии, услуги, проживание и оплату расходных материалов студентам, набравшим более 490 баллов на вступительных экзаменах. Молодая девушка не представляла, какие последствия это повлечет за собой. В домах ордена проживает от 13 до 14 человек, по четыре человека в каждой комнате. Еда доставляется, а жители несут ответственность за уборку. В домах, где живут эти молодые люди старшего школьного возраста, есть «старшие сестры», учившиеся в университете. Кроме того, нет никакой безопасности или системы для защиты несовершеннолетних. Вместо этого проводится строгое религиозное обучение. Девушка рассказала: «Нас будили рано на утренние молитвы. Вечером у нас должны были быть 40 минут религиозных бесед. По четвергам были чтения Корана. Каждые две недели были беседы в виде семинаров по выходным. Все эти мероприятия были обязательными. Из-за этой обязательной программы учиться было практически невозможно».

«Женский голос считается грехом»

Девушка рассказывает о своей школьной жизни: «Когда я пошла в школу, я была более консервативной. Я носила платок. Но я думаю, что нет необходимости говорить, что это жестокое обращение с детьми, когда девочек такого возраста уговаривают носить платки. В школе девочек и мальчиков разделяли. Когда мы шли в школу, учителя делали нам выговор. Говорили, например, что это место запрещено для девочек, нам нельзя находиться в среднем дворе, в маленьком саду на заднем дворе. Однажды был спор между мужскими и женскими старшими школами. В холле мальчики могли сидеть впереди, девочки должны были сидеть сзади. Если мы выиграли, девочки в зале не имели права радоваться, а мальчики кричали, как им вздумается. Я никогда не забуду учителя религиозной культуры, вышедшего на сцену и заявившего, что «женский голос — это грех».

«Ты не стал тем, кем мы хотели»

Девушка описывает визит учителя к себе в квартиру во время подготовки к экзаменам для поступления в университет как важное  событие. Находясь там, учитель обнаружил у нее книги по философии. Она вспоминает: «Философы, которых я читала, были известными мыслителями. Это были такие основы, как Платон, Аристотель… Тем не менее, обо мне доложили в школу. Четыре или пять учителей в школе позвонили мне и сказали: «У нас тоже было другие студенты, которые учились здесь и сбились с пути. Зачем вы читаете такие книги? Вы не стали той ученицей, которую мы хотели». За последний год они заметили, что мое отношение изменилось. Хоть я ничего и не делала, но раз в неделю приходилось ходить в кабинет директора. Меня занесли в черный список. Они делали все возможное, чтобы мне каждый раз было плохо Я разговаривала с ними. Они угрожали выгнать нас из школы каждый раз, когда мы будем делать ошибки из-за нашего. Они угрожали отменить мою стипендию и выгнать меня из общежития».

«Я говорю это для людей, которые все еще находятся там»

Девушка хотела получить высшее образование и изучать инженерное дело, но ее отца пригласили в школу перед выпуском. После встречи с директором школы отец отказался разрешить дочери учиться в Технологическом университете (ODTÜ). Отец сказал ей: «Я не отправлю тебя в это коммунистическое гнездо, я не позволю тебе там учиться». Хотя девушка хотела первоначально изучать инженерное дело, затем ей пришлось изучать медицину.

О последствиях своего пребывания в интернате девушка сказала: «Последствия от пребывания в интернате я испытывала на себе в течение длительно времени. Я запиралась и долго сидела в ванне одна. Я думала, что я плохой человек, хотя ничего не делала. В то время с помощью друга, я начала чувствовать себя более комфортно и свободно, когда я сняла платок. И теперь я чувствую ответственность: есть еще люди, за которых я переживаю. Они чувствуют то же, что и я. Кроме того, я до сих пор испытываю последствия тех дней. Я чувствую солидарность с ними. Поэтому я хочу сказать им об этом».