Улла Ельпке: «Отмена запрета РПК полезна для мирного урегулирования»

Информационное агентство «ФратНьюс» взяло интервью у Уллы Ельпке, депутата германского федерального парламента и спикера Левой партии по вопросам внутренней политики.

26 ноября исполняется 25 лет запрету на деятельность Рабочей партии Курдистана (РПК) в Германии. Этот запрет был введен согласно решению главы немецкого МВД, представлявшего партию Христианско-демократический союз (ХДС), Манфреду Кантеру.

Информационное агентство «ФратНьюс» взяло интервью у Уллы Ельпке, депутата германского федерального парламента и спикера Левой партии по вопросам внутренней политики.

- Каковы политические причины преследований РПК в Германии?

- Предыстория кроется примерно в 150-летнем экономически и геополитически обоснованном германо-турецком оружейном братстве - союзе правящих классов обеих стран. Запрет РПК был введен в 1993 году, главным образом, по внешнеполитическим соображениям. Еще до запрета была предпринята попытка заклеймить РПК как террористическую организацию в целом: в то время продолжался направленный против РПК судебный процесс в Дюссельдорфе.

Однако запрет РПК был тогда направлен на то, чтобы ударить не только по руководящим кадрам этого освободительного движения, но, прежде всего, по массе сочувствующих и сторонников, которые поддерживают движение пожертвованиями или участием в демонстрациях. Помимо штрафов и тюремного заключения, поддержка РПК также угрожает проживанию или натурализации в Германии.

Это может показаться пугающим, но цифры в отчетах Федерального управления по защите Конституции показывают, что число последователей РПК в Германии и объем пожертвований, выделяемых этому освободительному движению, в последние 25 лет стабильно росли.

Пока Турция продолжает войну с курдами, и федеральное правительство продолжает подливать масло в огонь, поставляя оружие этому государству, ничего не изменится.

- В какой мере репрессии против РПК используются в качестве предлога для ужесточения законов о безопасности? Есть ли конкретные примеры?

- Фактически, репрессии против РПК послужили стимулом для ужесточения законов о безопасности, сужения прав беженцев и в целом для посягательств на основные права граждан ФРГ. Однако первое крупномасштабное дело против РПК в конце 1980-х годов в Дюссельдорфе, в котором РПК в целом должна была изображаться как террористическая организация, провалилось. В то время не было возможности юридически преследовать за акции, совершенные за границей, которые не были направлены против немцев, и в которых не было участников - немцев.

Нападения 11 сентября 2011 года в США позволили федеральному правительству ввести раздел законодательства 129 b StGB, который долгое время находился в резерве, против так называемых "террористических групп за рубежом". Этот пункт сейчас используется не только против исламистов, но и против РПК, и турецких левых.

Или другой пример: в середине 1990-х годов политики ХДС призвали к использованию федеральных Вооруженных сил в Германии из-за запрещенных курдских демонстраций, что привело к столкновениям с полицией. Это требование было неконституционным в то время, но оно все еще стоит на повестке дня ХДС. Кстати, запрет РПК наносит удар не только курдам или сторонникам национально-освободительных движений. Вскоре после запрета РПК даже первомайская демонстрация ОНП (Объединение немецких профсоюзов - самая крупная и влиятельная профсоюзная организация Германии) была запрещена в 1994 году на том абсурдном основании, что "курды могли прийти туда со своими флагами".

- В какой степени Германия следует особому пути преследований РПК в рамках ЕС?

- Официальный запрет РПК, которым можно было бы оправдать запрет на символы освободительного движения и изображения лидера РПК Оджалана, существует до сих пор в таком виде только в Германии. Преследование курдского освободительного движения осуществляется также в некоторых других европейских странах, однако там оно направлено, в частности, против таких средств массовой информации, как курдские телевизионные станции. Основанием для этого обычно служит список террористических организаций, принятый странами Евросоюза. Курдских политиков в изгнании обвиняют в финансировании террора. Однако в Бельгии, где в 2017 году состоялся масштабный судебный процесс против курдских дипломатов и журналистов, суд постановил, что РПК не является террористической организацией, а законно сопротивляется колониальному угнетению в соответствии с международным правом.

- Почему, на ваш взгляд, важно противостоять запрету РПК?

- Разумеется, это связано с необходимостью защиты демократии. В результате запрета РПК десятки тысяч или даже сотни тысяч граждан курдского происхождения и, более того, все, кто симпатизирует курдскому освободительному движению, сталкиваются с препятствиями в том, что касается реализации их основных прав на свободу выражения мнений, свободу прессы, свободу собраний и так далее. Запрет РПК также ведет к серьезной политической дискриминации в отношении курдов. Уже в 90-е годы, с помощью подстрекательских сообщений прессы, было построено уравнение курд = РПК = террорист, так что запрет РПК выступает в качестве барьера для интеграции курдов в немецкое общество.

Далее, курды - вторая по численности группа мигрантов в Германии после турок, и даже по данным Управления по защите Конституции РПК является самой сильной организацией среди них.

Наконец, отмена запрета РПК была бы полезна для мирного урегулирования в Курдистане, потому что как может быть запущен мирный процесс, если одна из сторон находится в политической ссылке, преследуется и загнана в подполье?